РСО-Алания Дагестан Ингушетия Кабардино-Балкария Карачаево-Черкесия Ставропольский край Чечня Кавказ
, , :
При поддержке Министерства Российской Федерации по делам Северного Кавказа

О кавказской ментальности, различиях в культуре, о многообразии и единстве и многом другом. Беседа с преподавателем и студентами СКИ-филиала РАНХиГС

НИА-Кавказ

DSCN3986Этот материал задумывался как интервью с Азой Манкиевой, преподавателем Северо-Кавказского института – филиала РАНХиГС. И тема была другая. Идея поговорить о том, есть ли какие-то проблемы совместного существования у многонационального и многоконфессионального студенческого сообщества родилась у корреспондента НИА-Кавказ, когда он узнал, что Аза Вахидовна является руководителем Национально-культурной автономии ингушей в Пятигорске.

А уже в самом начале беседы моя собеседница предложила расширить круг её участников за счёт студентов четвёртого курса специальности «Менеджмент», у которых как раз в это время проходил семинар. На том порешили и к нам присоединились полтора десятка молодых людей.

Начали с констатации того факта, что в СКИ-филиале РАНХиГС обучатся студенты из всех республик Северного Кавказа и Закавказья. И не только. В этом году, например, на первый курс поступил юноша из Киева, гражданин Украины.

Язык общения конечно русский. На вопрос о том, есть ли разница в языковой подготовке у выпускников школ из различных регионов Кавказа и не является ли это некой проблемой для преподавателей и студентов был получен категоричный ответ: «За 12 лет преподавательской работы в вузах я ни разу не сталкивалась с подобной проблемой. Русским языком все владеют одинаково хорошо».

Перешли к вопросу о религии. Общеизвестно, что в России в последние годы отмечен рост её влияния на молодёжь, на формирование её этических норм и сценариев поведения. Начали с дресс-кода. Вспомнили, что несколько лет назад всю Европу, и особенно Францию, будоражил вопрос о допустимости ношения хиджаба в школе. Порешили – запретить. А как в СКИ РАНХиГС? Впрочем, ответ на этот вопрос был перед глазами нашего корреспондента: одна из студенток-участниц беседы была облачена в хиджаб и длинное платье в пол приятных светлых тонов. А рядом сидела её однокашница в рубашке и джинсах. И это не вызывало никакого чувства дискомфорта.

В зданиях СКИ РАНХиГС нет помещений, где в перерывах между занятиями студенты могли бы помолиться. Но мои собеседники не считают это проблемой. «В наших писаниях сказано, - рассказала Аза Манкиева, - что если человек идёт по пути к знаниям, то допустимо перенесение намаза до начала следующего.

Впрочем, лишь трое из присутствующих студентов регулярно посещают христианский храм или мечеть. Это, однако, не значит, что остальные – атеисты. У кого-то во время учёбы не хватает времени зайти в храм. А когда они приезжают домой, то обязательно заходят, например, в мечеть. По крайней мере так поступает один из собеседников, Мансур из Чеченской Республики. Многие считают возможным общаться с богом там, где сами считают нужным и возможны.

От вопросов религии беседа перетекает к семье. Общепризнано, что Северный Кавказ – один из немногих регионов России, где сохраняется институт семьи. В чём это выражается, например, по отношению к выбору молодым человеком своей профессии? Влияло ли мнение родителей на этот выбор? Да, влияло, соглашаются мои собеседник. Но не в той мере, как можно было ожидать. Этот вопрос не мог не интересовать пап и мам. Но они выступали лишь как советники. «У нас родители более лояльны, чем Вы можете подумать. Они могут прислушаться к нашему мнению», - считает Мансур. Аза Манкиева добавляет: «Авторитет родителей в кавказской семье конечно непререкаем: сказали отец или мама - нужно сделать. Но это не касается выбора профессии, здесь юноша или девушка делают выбор сами. Хотя этот вопрос в семье конечно обсуждается».

Интересуются ли родители у преподавателей тем, как учатся их дети? Возмущение в зале: конечно нет, мы же взрослые. Однако Аза Вахидовна разочаровывает своих студентов: их папы и мамы периодически звонят и справляются о том, как их сын или дочь овладевают знаниями. «С самого начала учёбы как куратор своей группы я установила планку взаимоотношений между родителями и мною. У нас идёт плотное общение и мои ребята это знают».

Родители – частые гости на публичных мероприятиях, проводимых институтом. Особенно много их наш корреспондент видел на выпускных торжествах. «А как же! Ведь сын или дочь – дипломированные специалисты - это же и их достижение», - считает Аза Вахидовна. «А вообще-то на время учёбы я для студентов - и мама, и сестра, и друг», - улыбается моя собеседница.

Коснулись в беседе и другой стороны отрадного факта сохранения на Северном Кавказе института семьи. Если молодой человек многим обязан семье (получение образования, работа), не вправе ли семья попросит его об ответной любезности? Вопрос обращён к одному из участвующих в беседе студентов: «Ты получил высокий пост, формируешь команду. И тут приходит к тебе твой дядя и просит взять тебя в заместители твоего двоюродного брата. А у тебя есть другой кандидат, которые по своим профессиональным и деловым качествам больше подходит для этой должности. Как поступишь?» Ответ, после небольшой паузы: «Я, скорее, выберу более способного». А поймут ли тебя в семье? «В ситуации, если человек некомпетентен, он в любом случае уйдёт с этой должности. Потому, что на работе могут возникнуть такие пробелы, решение которых невозможно человеком некомпетентным».

В дискуссию вступает женский голос: «Зачем все эти проблемы создавать, если можно сразу взять компетентные кадры? Работа - это работа, семья - это семья». А как же поддержка семьи, родственников? Категоричный ответ: «Тогда не нужно жаловаться на ситуацию в стране!»

Аза Манкиева разделяет точку зрения своих студентов: «Я, например, сделала себя сама. И это может сделать сегодня каждый. И не зависеть ни от кого. Я благодарна тем трудностям и неприятностям, которые преодолевала, не включая в этот процесс родственников. Они укрепили и закалили меня».

Переходим к теме связи студентов со своими диаспорами, точнее, национально-культурными обществами. Общую точку зрения студентов высказывает девушка, которая, как понял наш корреспондент, является старостой группы: студенты помогают обществу в проведении их мероприятий, общество со своей стороны не отказывает в помощи студентам. Примеры последнего – помочь с национальными костюмами при проведении дней дружбы или аналогичных мероприятий, организовать курсы родного языка или поездку в родные места.

«Руководители обществ - частые гости в институте. Они ежегодно в сентябре совместно с представителями администрации города ходят во все ссузы и вузы и знакомятся с первокурсниками, - продолжает разговор Аза Манкиева. – Они являются непременными участниками проводимых в учебных заведениях Дней национальных культур. Если взять наше общество, то мы каждый год приглашаем в город делегацию из республики во главе с одним из министров. В неё включают представителей духовного управления мусульман, старейшин. Мы собираем молодёжь, обучающуюся в Пятигорске, и разговариваем на самые разные темы - от нравственного и патриотического воспитания до бытовых проблем».

Возникают ли в институте конфликты на межнациональной почте? Ответ и Азы Вахидовны, и ребят – нет. По крайней мере, они ни разу с этим не сталкивались. Различные конфликты конечно возникают, но ни преподаватель, ни студенты никак не связывают их с национальностью участников.

Образ Северного Кавказа, формируемый сегодня в российском обществе: какой он? Мои собеседники не считают его однозначно негативным, хотя есть примеры формирования негативного образа того или иного проживающего здесь народа. Согласны ребята и с тем, что при изложении позитива о жизни региона наметился перекос в сторону шашлыка, лезгинки и кавказского гостеприимства.

«А уважение к старшим? А тот факт, что здесь фактически нет домов престарелых и детских домов?», - напоминает Аза Вахидовна. Впрочем, о неких позитивных сторонах кавказской действительности не знают и сами собеседники. И если об Ахмеде Шадиеве из Ингушетии, создавшем уникальное производство изделий из рыбьей кожи, многие знали, то о махачкалинском бизнес-инкубаторе «ПЕРИ Инновации», где создаются современные бизнес- интернет - проекты, услыхали впервые. Как и о том, что в Северной Осетии выращивают семенной материал картофеля, который поставляют в Нидерланды, Францию, Южную Корею и другие страны мира, а Кабардино-Балкарии изготавливают рентгеновское оборудование на уровне мировых стандартов.

Ежегодно в институте проводится Фестиваль культуры народов. И вот что интересно отметить: на сцене армянский танец может танцевать грузинка, а петь хорошую ингушскую песню, например,…да кто угодно. Тот, у кого хороший голос и музыкальный слух. На мероприятиях такого рода царит атмосфера настоящей дружбы и взаимопомощи.

Здесь нельзя обойти вопрос о лезгинке. Её исполнение в публичных местах в отдельных городах России стали приравнивать чуть ли не к административному правонарушению. Сразу отметим две вещи и с этим согласились все собеседники Первая, что лезгинкой сегодня называют самые разные танцы народов Кавказа. Вторая, что каждый кавказец должен уметь танцевать танцы своего народа. Аза Вахидовна, например, умеет. Более того, она и детей отправила учиться танцевать кавказские танцы.

Что такое «лезгинка» (продолжим по традиции так называть все танцы народов Кавказа): диалог мужчины и женщины или танец воинов? Есть разные танцы. Одна из собеседниц объясняет на примере своей родной Грузии: «У грузин есть боевой танец, где мужчины выходят с мечом и щитом и танец является как бы поединком двух воинов. А есть танец картули, его танцуют мужчина и девушка и в этом танце они как бы бракосочетаются». С чем согласны все: «Танец - это выражение нашей натуры». А то, что спонтанно танцуют сегодня выходцы с Кавказа в российских города? Единодушно и категорично: «Это вообще не лезгинка!»

На вопрос, хотели бы они по окончании учёбы вернуться на работу в родные места, утвердительно ответила только половина участников беседы. Но не потому, что считают Кавказ местом некомфортным для жизни и работы. Просто есть обычная для молодёжи тяга к перемене мест.

Сидящие в зале – будущие менеджеры. Есть ли специфика управления коллективом, состоящим из кавказцев. Конечно, считают ребята. Отвечает девушка: «Если, например, ты - старший менеджер и ты – женщина, ты не всегда можешь «надавить» на подчинённого тебе мужчину, повысить на него голос. Та же ситуация в общении со старшими по возрасту. Однако, в последнем случае есть и плюсы: к тебе относятся, как к дочери, и в твоей просьбе тебе никогда не откажут». Студенты считают, что те знания и навыки, которые они получают в вузе, помогут им адаптироваться в любом коллективе и разруливать любые конфликтные ситуации.

Сорок пять минут академического час пролетели незаметно. И вот какой позитивный момент хотелось бы отметить в заключении. То, что в различных публикация и публичных выступлениях часто называют проблемами (межнациональные и межконфессиональные различия, совместное существование представителей разных народов и прочее), мои собеседники таковыми не считают. Это было понятно и по ответам, и по атмосфере беседы. Они просто учатся и живут одной дружной семьёй в одном из красивейших мест земли – на Кавказе.

На фото: праздник «Диалог культур», СКИ-филиал РАНХиГС, ноябрь 2016 г.

 


Подписывайтесь на нашу страницу новостей "НИА-Кавказ" в telegram.

Жители КЧР приглашаются к участию в конкурсе на получение Всероссийской общественной премии за личный вклад в укрепление единства народов России «Гордость нации»

Точка зрения
О необходимости увеличить количество часов изучения истории рассказал эксперт СКИ РАНХиГС
В российских вузах предложили увеличить количество академических часов изучения истории до 144 Проект поправок связан с решением межведомственной комиссии по историческому просвещению и совета по развитию исторического образования при Минобрнауки.