РСО-Алания Дагестан Ингушетия Кабардино-Балкария Карачаево-Черкесия Ставропольский край Чечня Кавказ
, , :
При поддержке Министерства Российской Федерации по делам Северного Кавказа

Нужны ли государству частные музеи или кому интересна история игрушечных лошадок?

НИА-Кавказ

IMG 8680У вас была в детстве игрушечная лошадка? У меня – да. Сделанная из папье-маше, серая в яблоках, с куском бельевой веревки вместо уздечки с ногами, поставленные на кривые полозья. Скакать на ней конечно было нельзя, а раскачиваться, и даже очень лихо, можно. Что мы, дети, с удовольствием и делали.

Оказывается, подобная игрушка вполне может стать музейным экспонатом. Пока единственный в России «Домашний музей игрушечной лошадки» находится в Северной Осетии. Его создали в 2017 году Ирина Горохводатская  и Сергей Голомзик на базе своей личной коллекции. В 2019 году музей вошёл в «Ассоциацию частных музеев России» - первым в Северной Осетии и вторым на Северном Кавказе. В его фондах сегодня более тысячи экспонатов, рассказывающих не только об игрушке-лошадке, но и об её истории. Тема, казалось бы, совсем узкая, но Ирина с Сергеем сумели эффектно выйти за её рамки, уделив немало внимания темам одомашнивания и использования лошади человеком на протяжении всей истории человечества. Это позволило не просто создать неповторимую экспозицию, но и дополнить её увлекательной исследовательской деятельностью. Ведь историческая взаимосвязь человека и лошади напрямую влияла на эволюцию и игрушечной лошадки – любимой игрушки всех времён и народов.

Анна Наумова, директор туристической компании «Валькирия» и полпред Общенационального Союза Индустрии Гостеприимства (ОСИГ) в СКФО,  встретилась с музейщикам-энтузиастами в залах их детища. Впрочем, о самом музее за четыре года его существования в прессе вышло достаточное количество материалов. И разговор хозяев с гостьей вышел за рамки рассказа об истории создания музей и его экспонатах. Главной темой беседы стали общие проблемы всех частных коллекционеров и музейщиков России.

О частном коллекционере замолвите слово..

«В России десятки тысяч коллекционеров всех мастей, - начал изложение проблемы Сергей Голомзик. – И предметам собирательства нет числа. Но вот какая тема не может не беспокоить любого коллекционера. Жизнь их собраний. Судьба их собраний. Ведь не секрет, что с уходом главного инициатора, чаще всего, и сами коллекции перестают существовать. Наследники обычно редко разделяют страсть собирателя, а зачастую и вовсе их эта тема раздражает уже при живом коллекционере. Получается, что и при жизни человек практически одинок со своим увлечением, и в будущем его «дело» имеет небольшие перспективы. Это не только наша российская беда. Так везде, во всем мире. Поэтому, рано или поздно возникает вопрос: а что же дальше?

Есть два типа коллекционеров. Одни предпочитают существовать со своей коллекцией tet-e-tet, и им этого достаточно. Другие хотят иметь «выход» в общественное пространство. Быть востребованными в рамках социальной жизни общества, туристических рекреаций, интересны гостям и посетителям города, республики».

Проблемы этих вторых мало интересуют государство. Туристам и гостям в городах традиционно предлагаются государственные или муниципальные музеи: художественные, исторические, краеведческие.

«И это понятно, - продолжает Сергей. - Для того, чтобы любая коллекция «заработала» в социальном пространстве, она должна быть эффектно сделана и подана. А чаще всего этого не происходит. Но вот какая штука. Приведенный набор традиционных музеев довольно стандартен для всех городов и весей. А хорошо сделанный тематический музей – какой бы темы он не касался – как раз и может быть той маленькой жемчужиной, которая представляет город или республику, как нечто особенное. Уникальное. Не имеющее аналогов в других городах страны».

-«Некогда, в СССР – развивает свою мысль собеседник, - было огромное число клубов и кружков – от авиамоделирования до клубов филателистов, книголюбов, бардовских песен и т. д. И порой из этой среды выходили великие инженеры, деятели искусств, знаменитые писатели. Это была огромная поддержка творческой инициативы миллионов советских людей. Сегодня всё зиждется исключительно на энтузиазме отдельных людей. И тихо умирает. А мне кажется, что государство должно быть заинтересовано в том, чтобы таких клубов, кружков, творческих объединений становилось больше. А если вернуться к нашей теме это означает, что коллекционеры и их уникальные коллекции должны быть интересны государству».

Какова цена вопроса или что делать?

Сергей полагает, что совсем немного. Как минимум уполномоченные структуры, например, то же Министерство культуры, должно вести реестр таких коллекций. Должна быть оценка их значимости. И оценка эта должна быть и виртуальная, и реальная. Сертификат ценности коллекции, выданный тем же Министерством культуры, требует минимум затрат, а для коллекционера и его потомков или продолжателей может служить свидетельством оценки государством его трудов, как и ценности самой коллекции.

В подтверждение сказанного Сергей приводит один маленький пример. После ухода из жизни Мирона Михайловича Темиряева во Владикавказе остался уникальный исторический архив фото-кино документов, в т.ч. по истории Северной Осетии. Правительство одно время даже предполагало его изучить и определить ценность. Огромные фотоархивы собраны Алиной Акоефф, Михаилом Ткаченко и многими другими собирателями и энтузиастами. Уникальный архив по истории металлургии собран Ириной Горохводатской.

Должен ли все эти бесценные материалы получить выход в общественное пространство? Необходимо ли государству ценить, использовать и поддерживать такие исторические собрания, касающиеся собственной республики? И тех энтузиастов, кто посвятил порой всю свою жизнь на их создание?

Музейщики из Северной Осетии считают, что «да». Государство должно всячески способствовать тому, чтобы эти коллекции стали достоянием общества. «В наших столицах – Москве и Санкт-Петербурге – целые выставочные комплексы организуются на базе старых промышленных предприятий и фабрик, - отмечает далее Сергей. Во Владикавказе заброшенных строений с сохранившейся коммунальной инфраструктурой с каждым годом всё больше и больше. И что с ними делать, кроме как прикрывать баннерами разбитые окна и выбитые двери, никто не знает. А музейные коллекции, подобные нашей, продолжают каждая по отдельности ютиться в тесных квартирах коллекционеры при наличии в городе массы заброшенных зданий, к которым в ближайшее время прибавятся корпуса Электроцинка».

Частный музей? А что это такое?

Есть и ещё один важный вопрос, который, как полагает Сергей Голомзик, без поддержки государства не решится.

Такие частные музеи, как и Музей игрушечной лошадки, фактически не имеют никакого правового статуса. Чем это чревато? Такой музей не имеет права повесить на входе табличку с надписью «Музей», поскольку юридически он таковым не является. И билеты продавать не имеет права, чтобы заработать деньги на оплату коммунальных услуг и за уборку помещений. Что предлагает государство? Либо войти коллекцией и экспозицией в структуры государственных музеев и тем самым фактически передать свою коллекции и собрания в собственность государства (а нужны ли они государству?) или узаконить свою деятельность в виде малого предприятия. Это означает сбор солидного пакета документов от пожарников, санэпидемстанции, Роспотребнадзора, налоговой инспекции и несение предварительных, причем весьма существенных, затрат.  При полной неопределённости с доходами. Тысячи частных музеев прошли этот путь, отказались от него и живут в расчёте на чистую благотворительность.

В идеале можно было бы принятие определённых решений регионального уровня, которые облегчили бы жизнь коллекционеров. Речь идет не о денежных вложениях, а об оказании правовой помощи. Может это станет прецедентом и для российского законодательства.  И это тоже станет поддержкой творческого энтузиазма людей, причем весьма существенной.

Коллекционеры всея Руси, объединяйтесь!

Как-то неожиданно в нашем разговоре возникла ещё одна идея: создать в Интернете специальный ресурс, где объединить коллекционеров, готовых передать свои коллекции в хорошие и добрые руки и тех, кто делает первые шаги на этом поприще. Наверное, так можно было бы попытаться решить сразу две  задачи: не дать замечательным собраниям кануть в лету и дать им вторую жизнь и новое дыхание. Вопрос совсем не простой, потому что принимающая сторона должна быть именно чиста в своих намерениях и готовности беззаветно идти этим путём. А передающая сторона должна быть абсолютно уверена в подлинной доброте и «чистоте» этих новых рук. Но всё это уже из области эффективной организации такого процесса.

Вот такие большие вопросы и проблемы волнуют создателей маленького частного музея.

А музей этот и в самом деле очаровательный: уютный, познавательный. Его посещают с одинаковым удовольствием и взрослые, и дети. Ведь «лошадка» – прямой синоним слова «хобби». Ведь собирательство игрушечной лошадки, hobby-horsе, сродни русскому его варианту «любимый конёк». И поседеть здесь на любимом коньке – это как вернуться в детство. Уже подзабытое, но такое светлое и чистое. Как редко сейчас мы можем себе это позволить!


Подписывайтесь на нашу страницу новостей "НИА-Кавказ" в telegram.

Видео Кабардино-Балкарской Республики победило в конкурсе «Лучший видеоролик региона России»

Точка зрения
Оксана Ступникова: Проблема в том, что большинство людей даже не обладают элементарными знаниями в области крипты
За последние несколько лет криптовалюты стали приобретать огромную популярность. Но возникает закономерный вопрос, а разрешены ли криптовалюты в России и какими нормативными актами они регулируются?